mnezhutka: (детоводство)
Читаем с А. книгу "Мама, папа, восемь детей и грузовик"*. Издана книга впервые в 1957, но описывает реальность, в которую ныне веришь с трудом (а надо бы):
- бабушка десять лет копит деньги на билет на поезд в Осло
- у бабушки едва хватает денег на трамвай
- семья с восемью детьми живет в однокомнатной квартире
- на прогулку они берут с собой хлеб
- безработный сидит на лавочке в парке и голодает

Чуваки, это ж всего 53 года назад, и не в аль-Козлодрищенске каком-нибудь, а в Осло! Насколько же нам в послевоенной Европе повезло, нам ли кризисов бояться?
* по совету [livejournal.com profile] cezaria. спасибо, хорошая книжка.
mnezhutka: (грустный)
Искал по наводке [livejournal.com profile] ondrej Karla Havlíčka Borovského, набрёл на библиотеку электрокнижек palmknihy. Выбор не особо богатый, но зато есть там Ladislav Klíma — toť člověk, матёрый человечище! Впрочем, приятно, конечно, что он там есть, но читать его вдумчиво врядли буду — столько не выпью.
Пара статей о Климе: Ладислав Клима и его роман «страдание князя Штерненгоха», Ладислав Клима - писатель нежелательный для всех режимов.
mnezhutka: (Default)
Случайно попала в руки книжка Santiniho jazyk (Miloš Urban, 2005), эдакий У.Эко, но попроще, почти без игр и наведения тени на плетень. Всё историческое и таинственное нарисовано грубовато и слишком прямолинейно, детективная составляющая тоже не фонтан, да и трупаков как-то слишком уж много и без толку, раскрыта тема с., но не в этом дело: с любовью и довольно подробно описаны постройки и особенности творчества архитектора Яна Блажея Сантини. Культур-мультур-просвет, так сказать, летом съездим посмотреть живьём.
Впрочем, в качестве развлекательной литературы читается быстро и вполне неплохо.

P.S. Кое-что издали и на русском: Милош Урбан - Семь храмов. В чешской рецензии написано gotický roman, что вполне может оказаться как готическим, так и "готичным" романом.
mnezhutka: (Default)
Каждая прочитанная чешская книжка у меня ассоциируется с новым словом или оборотом. В случае кундеровской "Шутки" это была "zášť" (ненависть), в "Вальсе на прощание" — оборот "není s to" вместо обычного "nemůže", в детских "Пражских легендах"* — "držgrešle" (скопидом, жмот) и т.д. А вот только что дочитал "Sluneční hodiny" (Солнечные часы, Eda Kriseová, 1978) и никак не могу такое слово найти, хотя новых слов было предостаточно. Не многочисленные же синонимы ficken, в самом деле? Зато сама книжка очень понравилась, отличный сборник рассказов из жизни провинциального городка и психушки в нём. Очень человечно, хотя иногда и совсем уж безнадёжно, да и автору явно пациенты симпатичнее "тех, снаружи". Добротная диссидентсткая проза, как и почти всё, что я успел из изданного брненским издательством Atlantis прочитать.
Язык разговорный, но совсем не ужасный, как в "Cirkus Les Mémoires" (Petra Hůlová, 2005), где я продирался как сквозь густой кустарник и на двадцатой странице увяз.
* Ну, детские-не детские, а примерно для средней школы. Больше всего меня удивил часто повторяющийся в легендах сюжет: вот стрясётся в Чехии или с чехами действительно большая ж@#а и тут вдруг как выскочат добрые-рыцари-из-под-горы, св.Вацлав, колыбелька Либуше или еще кто и всех сразу спасут и будут чехи жить долго и счастливо. Теперь, собственно, ясно откуда берётся Белая Гора, 1938й, 1968й и т.д., видать еще не стряслась та самая Ж.

Profile

mnezhutka: (Default)
brood boy

April 2017

S M T W T F S
      1
23 45678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 03:49 am
Powered by Dreamwidth Studios